Я на лесоповале сотню пил загубил…

Текст: Максим Риттер

Откуда «растут ноги» этого культа, до сих пор точно не известно. Рациональный подход при исследовании этого психического феномена дает сбой. Впрочем, несмотря на многовековое «доминирование», ель сегодня сдает свои позиции: в западном полушарии, благодаря творцам новых мифов, праздник приходит вместе с Coca-Cola.

Ученые всего мира ломают копья друг о друга, споря о том, почему именно к елке сложилось такое мистическое отношение человечества. Кто из нас испытывает благоговейный трепет при взгляде на кактус? Ну, разве что любители офисной растительности; просвещенное же человечество восторгается живой природой редко. Главное исключение – новогодняя елка – символ праздника, счастья и веры в светлое будущее. Вообще ель дерево уникальное. По отношению к «зеленолапистой» можно проследить эволюцию человечества.

Спекулировать на образе ели начали еще в незапамятные времена наших не совсем цивилизованных предков. Умные шаманы и колдуны, смекнув, что «извлечь профит» из дерева можно, не только срубив его, придумали вполне жизнеспособную на тот момент историю. Дескать, любое дерево – это картина вселенной в миниатюре: в нижний мир уходит корнями, в верхний топорщится верхушкой, а комель прочно стоит в среднем (земном) мире.

Но не всякий «представитель леса» мог стать поистине эталоном этого красивого мифа. И «линяющие» дубы-колдуны, и тополи с березами проигрывали вечнозеленой ели – символу нерушимости мироздания. Красиво, правда? Не надо тебе географий с глобусами и картами – приходи в лес и гляди, сколько влезет, на мир в миниатюре. Постепенно миф начал обрастать подробностями: на разных ярусах «символа вселенной» начали «селить» разных существ, как мы сейчас развешиваем птичек и зайчиков, наряжая новогоднюю елку. У некоторых, особо впечатлительных обожание елки переросло в воинственный фанатизм: в качестве жертвоприношения на колючих ветках развешивались внутренности животных и людей. Трансформация обожания ели налицо: у нас вполне цивилизованных и гуманных кишки превратились в «дождики» и «бусы», а желчные и прочие пузыри  – в стеклянные шары.

«Покорение мира» елка начала с Германии, где теснее всего пересеклись христианские и языческие традиции. Сначала для украшения домов в новогодние и рождественские праздники использовались только колючие ветви, елка без «расчленёнки» стала входить в традицию уже в начале XVI века.

Первую рождественскую елку, вероятнее всего, нарядили гильдии и цеховые организации из Алеманской области на Верхнем Рейне, причем подвешена она была верхушкой вниз. На праздничное дерево развешивались украшения и сладости, которые после окончания торжеств переквалифицировались в подарки: их позволялось стрясать детям. Со временем «процедура добычи» изменилась – чтобы не утруждать ребятишек, подарки им стали складывать под елку (как у нас в России) или рассовывать в развешенные носки у камина (как в Европе и Америке). Хотя частично обычай вешать на елку конфеты, в качестве бонуса к подарку, сохранился до сих пор.

Менялись и елочные украшения. Вместе с пришедшей в Европу модой на все восточное, не редкостью на елке стали шары с изображением иероглифов или росписью на китайские мотивы – но это была всего лишь дань моде.

В Советском Союзе, пожалуй, как нигде, к оформлению новогоднего дерева подошли предельно идеологически. Фигурки вождей, красноармейцев, летчиков, космонавтов, тракторов и башенных кранов, изготовленных и раскрашенных, как правило, вручную, становились непременным украшением елки на одной шестой части суши. Восьмиконечная Вифлеемская звезда видоизменилась до «правильной» пятиконечной, как на башнях Кремля, с атеистической елки исчезли ангелочки и волхвы – символы Рождества.

Полный текст статьи читайте в январском выпуске журнала "Инстинкт"